История Церкви.

В 1930-е годы святитель Николай (Велимирович) служил на Охридской кафедре. В это же время в пределах его епархии – в городе Битола – служил и преподавал святитель Иоанн (Максимович), тогда иеромонах. Знакомство и дружба этих двух святых продолжилась и после избрания иеромонаха Иоанна епископом на Шанхайскую кафедру и его отъезда в Китай. Свидетельством этому служит цикл статей о Православии в Китае, опубликованный святителем Николаем в журнале «Мали мисионар», издающемся в его епархии. В значительной степени он опирался на материалы, которые выслал ему святитель Иоанн. Этот цикл статей позволяет узнать взгляды святителя Николая на Китай и китайцев, на взаимоотношения Европы с Китаем, узнать о его делах по распространению почитания святых мучеников китайских в пределах Сербской Православной Церкви. Наконец, составленная им трогательная «молитва о китайском народе» выражает его взгляды на необходимость и будущий успех православной миссии среди этого народа.

В 1930-е годы святитель Николай (Велимирович) служил на Охридской кафедре. В это же время в пределах его епархии – в городе Битола – служил и преподавал святитель Иоанн (Максимович), тогда иеромонах. Знакомство и дружба этих двух святых продолжилась и после избрания иеромонаха Иоанна епископом на Шанхайскую кафедру и его отъезда в Китай. Свидетельством этому служит цикл статей о Православии в Китае, опубликованный святителем Николаем в журнале «Мали мисионар», издающемся в его епархии. В значительной степени он опирался на материалы, которые выслал ему святитель Иоанн. Этот цикл статей позволяет узнать взгляды святителя Николая на Китай и китайцев, на взаимоотношения Европы с Китаем, узнать о его делах по распространению почитания святых мучеников китайских в пределах Сербской Православной Церкви. Наконец, составленная им трогательная «молитва о китайском народе» выражает его взгляды на необходимость и будущий успех православной миссии среди этого народа.

Позиция членов Св. синода ПРЦ во время революционных событий февраля – марта 1917 г. в советской историографии оценивается как состояние полной растерянности перед внезапно случившимися событиями, как положение беспомощности и политического бессилия, невозможности повлиять на ход развертывавшихся в стране событий. Этим объясняется примирение и покорность Синода по отношению к новой власти, "выжидательная" позиция иерархии и принятие ею совершившегося политического переворота не только "за страх", но и "за совесть".

16 декабря в Московском Новодевичьем монастыре относится к памятным датам. Здесь собираются «тесным домашним кругом», но круг этот объединяет людей, приезжающих из разных городов России, из Прибалтики, с Украины…Постоянные прихожане стараются не пропустить его,  едут со всей Москвы –  к матушке, первой настоятельнице обители после возобновления здесь монашеской общины. На всем лежит отпечаток простоты и искренности. Такой была и она сама, игумения Серафима, внучка священномученика Серафима (Чичагова), человек редкой культуры, для многих открывшая дорогу в православный храм, к вере, к Богу…

Было время, когда в России самым дорогим приданым для новобрачных считались не драгоценная утварь, платья и украшения, а духовные книги. Люди знали: будет вера – будет и благословение Господне над семьей, а остальное приложится. Евангелие, «Добротолюбие» – поучения святых отцов Церкви передавали из поколения в поколение. И среди самых известных источников мудрости и добра особое место принадлежало Четьям Минеям.